adminrussia (adminrussia) wrote in russiaforall,
adminrussia
adminrussia
russiaforall

Какому народу принадлежит Победа 1945 года?

Министр иностранных дел Польши Гжегож Схетына опозорился. Наверное, вся Россия уже знает о том, как в интервью польскому радио министр заявил, что концлагерь Аушвиц (Освенцим) 70 лет назад освобождали украинцы – ведь речь шла о частях 1-го Украинского фронта! В России возмущение не знало предела – возможно, подогретое тем фактом, что Владимир Путин на памятные торжества в Освенцим не поехал: не получил приглашения. Впрочем, их на сей раз польская сторона не рассылала никому, но это уже другая история, к которой мы еще вернемся.
«История» здесь, кстати, слово ключевое. Если польский министр, видимо, с историей просто плохо знаком, то его российские критики стремятся разложить ее по национальным полочкам: победа СССР с этой точки зрения равняется победе России и русских. Кстати, те участники дискуссии о словах Схетыны, кто стал искать (и нашел) доказательства того, что среди бойцов, освобождавших Освенцим, действительно были украинцы, действуют, вне зависимости от своих намерений, по той же логике, что и обидевшиеся за русский народ. Чья победа 1945 года, какому народу она принадлежит – этот вопрос антиисторичен по своей сути. Ведь каждый из трех основных участников антигитлеровской коалиции представлял собой многонациональное государство, чьи граждане, по меньшей мере, официально, были равны между собой, вне зависимости от их происхождения.

То, что ко времени победы над нацистами СССР уже депортировал в свои самые неуютные провинции несколько небольших народов, а на юге США еще цвел расизм, в данном случае вынесем за скобки. Как бы то ни было, идеология расового превосходства и национализм в его самой уродливой форме были характерными чертами побежденных, а не победителей Второй мировой. Национальное происхождение советских солдат – это вопрос 2015 года, а не 1945-го. Ведь именно сейчас, а не тогда «русскость» или «украинскость» стала вдруг необычайно важна – по понятным причинам, если и имеющим отношение к истории, то лишь к самой недавней.

В Польше между тем хватает и собственных «обидевшихся за народ». Правда, в отличие от России, не на иностранца, а на польского же режиссера Павла Павликовского, снявшего фильм «Ида», который будет в конце февраля одним из соперников российского «Левиафана» в борьбе за «Оскар» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке». Главная героиня фильма, действие которого происходит в 1960-е годы, узнаёт о своем еврейском происхождении и о том, что ее родители были убиты во время оккупации – но не немцами, а польской семьей, которая поначалу и спрятала их от нацистов. Убиты из страха: оккупанты карали смертью не только укрывательство евреев, но даже недоносительство тех, кто знал об укрывающих. Общественная организация под названием Reduta Dobrego Imienia (можно перевести как «Защита доброго имени») начала сбор подписей под петицией, критикующей фильм «Ида» за «антипольский» характер, за то, что он якобы приписывает полякам роль соучастников Холокоста и не дает зрителям достаточного представления об историческом контексте показываемых событий. Под петицией подписались уже 30 тысяч человек.

Дело тут не в том, что «Ида» как-либо извращает историю. Факты убийства евреев поляками во время и сразу после Второй мировой широко известны (достаточно задать в поисковике ключевые слова «Едвабне» или «погром в Кельце»), как и факты спасения тысяч евреев их польскими соседями и соотечественниками. Самое любопытное, что фильм вызвал у некоторых критиков прямо противоположную реакцию: мол, он возрождает классические польские антисемитские стереотипы о «жидокоммуне». Ведь другая героиня фильма – Ванда, единственная выжившая родственница Иды, – тоже еврейка, бывший коммунистический прокурор, сильно пьющая дама за 40, открыто признающая, что в послевоенные годы послала на смерть множество людей.

В нынешней Восточной Европе, включая и Россию, массовой реакцией, которая подогревается политикой, опирающейся на якобы исторические аргументы, стала вот эта необычайная обидчивость – причем не за себя, а сразу за целый народ. В результате каждый изгиб сюжета фильма или книги анализируется с точки зрения «интересов народа» и его «доброй репутации», истолкованных воспаленными радетелями национальной чести. Именно поэтому безграмотная глупость, если вернуться к высказыванию министра Схетыны, преподносится как намеренное оскорбление – опять-таки целого народа, на сей раз русского. Я бы назвал это параноидальным коллективизмом: те, кто им охвачен, не видят частного за общим, людей за народами, индивидуальных трагедий и побед, боли и радости – за карикатурными представлениями о «поляках», «евреях», «украинцах», «русских» и т.п. Я намеренно взял эти слова в кавычки – потому что образы, существующие в головах параноидальных коллективистов, имеют слабое отношение к очень разным, зато реальным полякам, евреям, украинцам или русским, живым или давно умершим.
Зато этими образами легко манипулировать – и вбивать их в головы, лишая людей способности самостоятельно мыслить. К той же категории относятся и псевдоисторические формулы вроде «сакрального Крыма» и «русской Победы» – или, с другой стороны, уже упомянутой «жидокоммуны» и «извечного восточного варварства москалей». Всей этой идеологической пены становится в последнее время так много, что хочется, как ни странно, похвалить ведомство Гжегожа Схетыны за одну креативную находку. На мемориальные акции в Освенцим в этом году Польша действительно никого из иностранных государственных деятелей специально не приглашала, и их протокольные выступления в ходе торжеств не запланированы. Понятно, что это было сделано для того, чтобы не звать в Освенцим Владимира Путина. Но неожиданно получилась хорошая вещь: приедут лишь те политики, кто сам захочет, и будут по большей части сидеть молча. Возможно, это единственно правильный подход к исторической политике вообще. Пусть говорят те, кому действительно есть, что сказать – прежде всего, еще живущие ветераны и узники. Может быть, это максимализм, но я бы вообще проводил все памятные мероприятия, связанные с трагедиями прошлого, в молчании – за исключением подходящей к случаю музыки. Ведь история требует прежде всего осмысления, а думать лучше молча и в тишине. По крайней мере тем, кого еще не отучили думать.


Текст: Ярослав Шимов
Источник: Русский журнал
Tags: идентичность, советское прошлое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments