September 26th, 2014

Марш Мира 21 сентября: что это было? (Говорят участники)

Наталья Пелевина

Друзья! Родные мои. Спасибо каждому, кто пришел сегодня на марш! Я сейчас счастлива, потому что любовалась вашими лицами и видела, как нас много. Нас было очень и очень много! Я горжусь каждым из вас до слез. Спасибo за надежду. У нашей страны есть будущее, потому что у нее есть ВЫ! Вы — ее герои, вы — ее гордость! Слава России! Слава Украине! Нет войне!

Дмитрий Громов

Рассказываю, что было на «Марше мира».

ЧИСЛЕННОСТЬ.
Определить ее было трудно, поскольку момента, когда бы все остановились, и их можно было бы сосчитать, не было. Все двигались, а в таких условиях считать затруднительно, особенно в одиночку. Но точно могу сказать, что участников было значительно больше, чем в марте, а в марте было 20 тысяч. Соответственно, сейчас я назвал бы цифру не менее ТРИДЦАТИ тысяч (может быть, и более). Это косвенно подтверждают и данные полиции – когда было 20 тысяч, они говорили о 3 тысячах, а теперь вот насчитали 5 тысяч, составьте несложную пропорцию сами. Короче, СМИ стабильно уменьшают численность в 6-7 раз, вот и смотрите, на сколько процентов им можно верить.

УЧАСТНИКИ.
Народ в подавляющем большинстве был спокойный, интеллигентный. Безобразий не творили, несли плакаты за мир и дружбу, критиковали Путина.
Была колонна, которая славила батальон «Донбасс», кричала «славу героям», исполняла прочий майдановский репертуар, включая известную матерную песенку. Мне они не особо понравились, а вот журналистам центрального телевидения наверняка понравятся, вы их еще увидите на экране.
Была колонна под имперскими флагами. Кричали: «Слава Украине! Слава Руси!», «Русский украинцу не враг!».
Была колонна анархистов и левых; кричали, что русским и украинцам надо объединиться и идти бить буржуев.

ВИЗУАЛЬНЫЙ РЯД.
Плакатов было мало. Юмористических – совсем мало. В прошлое ушла былая «карнавальность».

Вадим Штепа

Почему провалился «марш мира»?
Потому что его заранее спозиционировали как «московский».
И в Питере, и у нас в Карелии народ спрашивали — «едешь ли на марш»?
То, что в Москву — подразумевалось автоматически.
В итоге — возник образ именно «московского марша», а не общероссийского...
Я писал уже об этом тыщу раз, но еще раз повторю -
пока наша оппозиция не станет реально федералистской, ей ничего не светит.
Надо поддерживать регионалистские движения повсюду! Оп, во Владивостоке народ вышел на улицы — в Москве «звонят колокола» — и далее по сети...
А пока Москва — чудовищно аутичный город. Она все остальные российские города свысока считает «провинцией». В Европе. кстати, подобного давно уж нет...
И поэтому российская оппозиция ничем не отличается от власти. У обеих — одинаковая имперская схема.
Они горячо обсуждают «политику» — а точка зрения регионалистов для них «провинциальна» и «маргинальна».
Это все опять напоминает бурление «прорабов перестройки» конца 80-х годов.
Помню, тогда съездил к приятелю в Таллинн....
— Тоомас, — говорю, — вас же в Москве все равно не считают реальными субъектами политики, вы для них союзная.республика, «провинция»...
— Пуусть считают! — ответствовал Тоомас.

Алексей Цветков

Когда 30 тысяч человек (при их полной отключенности от эфира и круглосуточной демонизации средствами путинской пропаганды) собираются в центре города, это очень неплохой результат. Когда на их марше представлен практически весь идеологический горизонт -— имперцы + левые националисты + нацболы (отколовшиеся от Лимонова) + демократы всех оттенков + зеленые + феминистки + троцкисты и анархисты -— это ещё лучше. Потому что это значит, что линия «свой\чужой» в вопросе о войне проходит не по идеологическому принципу. Это не конфликт «правых» с «левыми». Линия раздела проходит по гражданскому принципу. Она проходит между теми, кто под гипнозом путинизма (или просто в доле с властью) и теми, кто способен к гражданской самостоятельности и свободен от излучения «великих башен Страны Отцов». Интересно наблюдать простых обывателей, не привычных к уличной политике, но всё равно пришедших на антивоенный марш. Им непривычно стоять полчаса в очереди к металлоискателям (всё происходит очень медленно), но они не уходят. Семья (три поколения сразу, между прочим) обсуждает, что они не поехали в эти выходные ремонтировать дачу, а пришли сюда. Они явно гордятся этой маленькой гражданской жертвой. Одна очень православная дама рассказывает другой столь же православной: «Я сегодня утром проснулась от того, что в церкви бьет колокол, подумала, неужели они тоже решили нас поддержать и всех зовут подниматься против войны?». Вторая напоминает ей, что сегодня просто большой праздник и церковь вне политики. Но этот удар колокола навсегда останется в памяти первой дамы призывом к гражданскому жесту. Это мечта о «другой Церкви», которая иначе бы вела себя и не лобызала бы рук царю. Я, конечно, не понимаю, как вообще в их головах сочетается христианство и РПЦ. Но я много чего не понимаю. Все мои посты тут и статьи в самых разных местах это публичные попытки понять хоть что-то, схватить хоть какую-то ситуацию в её парадоксе. Есть ли у всех, вышедших сегодня, столь разных людей, какой-то общий язык? Да, и в этом языке как минимум два иероглифа: «Украина» и «Путин». Что они означают для этих людей?
«Украина» означает для них примерно следующее: возможность говорить власти «нет» и даже свергать её, развитие в европейскую сторону, уважение людей к себе и друг другу, разогнутость, соблюдение оговоренных правил в отношениях между человеком и властью, право влиять на принятие решений и сохранение/расширение личной свободы каждого.
«Путин» означает бесправие перед властью, самодержавие (т.е. отсутствие всякой обратной связи), холопство, регресс в сторону восточной деспотии, согнутость, непрерывную развращающую ложь, презрение к человеку и обожествление трона, полное право господ распоряжаться душами и жизнями смердов и бесконечную ордынскую песню о собственном могуществе и избранности.
Конечно, можно найти тысячу аргументов, легко «деконструирующих» оба иероглифа. Но любой иероглиф не прочен и условен. Важно, сколько людей им пользуются в данный момент и кто, собственно, эти люди.
По пути следования марша, за стальными загородками и под прикрытием сплошной цепи ментов стояли группки убогих путинистов с георгиевскими ленточками. Они предсказуемо кричали нам: «Фашисты! Вы сжигаете людей заживо! Вы убиваете детей! Убирайтесь из России!». И хотя их было очень мало, я ни на секунду не забывал, что они представляют «большинство». Может быть не такое уж и большое, но зато Подавляющее. У них другие иероглифы. Излучение башен Страны Отцов всегда было для них любимым наркотиком, а не головной болью. Они даже иногда бывают недовольны властью и тоже критикуют её за мягкость в отношении «всяких там», которые «педерасты, нацисты, шпана, как один социально опасны и по каждому плачет тюрьма». Я помню их выражение лиц с раннего детства. Они всегда тут были и всегда считали себя большинством, менялась только символика, которую им выдавали в специальных пунктах боевой лояльности. И возможно, главная причина, по которой я пошел на марш, это даже не сама по себе война Путина против Украины. Главная причина это страх. Страх оказаться одним из них, среди них, с ними. Незаметно стать одним из 146 процентов. Думаю, это единственное, чего я боюсь по-настоящему, начиная, примерно, лет с 13. Всему остальному можно, если потребуется, сказать «да!».

Роман Багдасаров

1. Те, кто до начала марша опасались, что придёт мало народу, почему-то забывают об очевидной вещи. Сторонников мира в городе, живущем мирной жизнью, всегда больше, чем сторонников войны. Потому, что настоящие сторонники войны уже давно уехали на войну. Те же, кто призывает к войне, сидя в безопасном месте, имеют право на это только в двух случаях: а) если они непосредственно после этого сразу же отправляются на фронт; б) если они демобилизованы с ранением и т.п. и уже физически не могут воевать. Во всех иных случаях они достойны презрения. В противоположность этому, сторонники мира (которые совсем не обязательно являются пацифистами), пребывая в мирном городе и призывая к миру находятся на своём месте, они выступают как охранители мирного уклада.

2. Считаю некоторым просчётом устроителей марша (а за организацию его им, в целом, честь и хвала) то, что они смешали требования белоленточного движения 2011-2012, связанные с выборами, с темой мира. Это две разные темы и при попытках соединить, они только выхолащивают друг друга. В условиях дискретности политического сознания коктейль не получится. Кстати, отсутствие митинга стало в этом случае мудрым решением.

3. Я был на шествии в марте и могу засвидетельствовать, что число противников войны только увеличилось. Пройдя через металлоискатели примерно в 17:45, когда передовые колонны уже ушли, я мог видеть, что справа и слева от к-т Россия, скопление людей перед пропускными пунктами стабильно не уменьшалось. Затем, в районе Рождественского бульв. пам-ка Крупской остановился и некоторое время наблюдал идущих довольно быстро с обеих сторон равномерными плотными группами по 20-30 человек. Всего было никак не менее 50 тысяч, называть более высокую цифру остерегусь, хотя склоняюсь, к тому, что было и больше.

Елена Волкова

Антиподы

У памятника Пушкину, где я встречалась с друзьями в 16.00, противники марша устроили мини-митинг против «предателей Донбасса». Развернув пару плакатов и выкрикивая что-то вроде «Донбасс, прости нас», они направились к бульвару, где должен был начаться Марш мира.
Я подумала, что это новая стратегия кремлевских: смешать разнородные колонны и выдать марш за акцию поддержки ДНР-ЛНР. Нет ли поблизости войска красно-черных кургинянов? Каково же было мое удивление, когда полиция развернула группу анти-марша перед металлоискателями и направила их к грузовику! Антиподы не прошли. Огромный плакат с портретами 'нацпредателей', вывешенный с крыши дома, провисел несколько минут и исчез. «Полиция ненавидит ФСБ. Это я еще по лагерю помню», объяснил мне отец Глеб.
'Лапают!', — с возмущением прошептала Верочка, с которой мы приближались к зоне обыска. Действительно, перед нами полицейский ощупывал женщину, хотя рядом у рамки без дела стояли две его сотрудницы. Разве мужчина имеет право обыскивать женщину? Подойдя к нему, мы спросили, что на его нашивке означает ключ? От чего он? От тюремной камеры? От сейфа, — ответил он с улыбкой и нас не тронул.
Редкие антиподы встречались на нашем пути за ограждениями. Один стоял в футболке с портретом Путина, парочка — с плакатами, с десяток титушек деловито пробежали по тратуару, преследуемые камерами. При выходе из загона у Красных ворот кто-то бросил яйца в женщину и попал заодно в полицейского. Женщина стала возмущаться бездействием полиции, которая лишь молча стряхивала желток с мундира. Все-таки свои они для полиции.
На выходе было кучно, и мы решили не толкаться, а подождать у забора. «Отойдите от заграждений! Облокачиваться нельзя!», — сказала нам девица с повязкой 'дружина'.
— Девушка, а вы волонтер или на службе?
— Ну, мы записались в дружинники.
— Где?
— В ЗАО.
— А где? В полиции?
— Да.
— А почему вы пошли в дружинники? Вам это нравится?
— Да. Интересно, с людьми все-таки. Если бы не записалась, с вами бы шла.
— ??
— У меня вся семья в полиции работает, папа и мама, брат.
— Аааа
— И еще знаете что? Нам за это бесплатный проезд дают на год. Но это не главное!

Два евразийства и другие наблюдения

Каждую культуру/народ я представляю, как социальный аналог биоорганизма. У культуры народа есть свою социокультурная программа, которую можно сравнить с генокодом. Но у каждого организма есть доминантный набор и есть рецессивный набор генов.

Так и культура. В ней есть по меньшей мере две программы. Одна реализуется актуально. Вторая - ждёт своего часа. Это как DVD или CD -диск. На одной стороне - один фильм (концерт), на обратной - другой.

Классический пример - евреи. Жили-жили тихой диаспорной жизнью. Потом включилась программа восстановления государственности. Поскольку программа включилась где-то на два десятилетия раньше появления на Святой земле значимой еврейской общины, то евреи Российской империи сперва создали империю большевистскую. Собственно, в результате всех процессов евреи создали две революционные империи - советскую и сионистскую, внезапно породив сонмы блестящих разведчиков и контрразведчиков, солдат и полководцев, администраторов и идеологов. При этом палестинцам сказочно повезло - им не пришлось строить Нильско-Евфратский канал имени царя Давида (вообразите, Давидстрой, Ниллаг, Евфратлаг...) - основной удар достался "врагам советской власти". Поэтому во главе еврейской армии были кротчайшие Даян и Шарон, а не Бронштейн или Якир, МОССАД не возглавил Ягода, в Кнессете не председательствовал Свердлов...

Точно также меняется и русская программа. Четверть века назад унылое царство совков породило плеяды ярких парламентариев, блестящих журналистов и опытнейших финансистов. Полный набор, необходимый для рыночного демократического общества. И вот настаёт время русской программе опять меняться, превращая лукавых и покорных подданных в решительных и активных граждан.

Почему настаёт время? Согласно теории Александра Самойловича Ахиезера, развитие расколотых в социокультурном плане обществ (а русское - ярчайший образец такого) происходит в виде циклов инверсий - маятникого движения от одного социокультурного полюса к другому. Динамика и ценности (в общем - парадигма) каждого полюса обратна другому.

Нынешняя стадия путинизма - явно предельное движение маятника в одну из сторон. Неизбежен реверс. То, что естественное снижение популярности Путина и его политикой было прервано и обращено вспять украинскими событиями, только ещё больше "сжало пружину".

Русская история делиться на отрезки (назовём их эонами), каждый из которого построен на резком неприятии наследия предыдущего, их пафос, их (извините за выражение) мегатренд противоположны по знаку. Такое впечатление, что речь идёт о различных цивилизационных моделях. Так вот, мне бросилось в глаза, что эти "эоны" довольно точно соотносятся друг к другу как 1/3. 74 года Советской власти (неомосковский или неовизантийский период). 220 лет петербургской империи: от 1698 года - Большое посольство в Европу и стрелецкая казнь. Около 660 лет русско-византийской государственности, с Киевским, Владимирским и Московскими подпериодами. Но это значит. что послеагустовский, неопетербургский период будет не более 25 лет, 23 из которых прошло.

Послесловия.

1. Забавное наблюдение

Крупнейшими победами московского периода стали Куликовская битва (1380) - возрождение государства и взятие Казани (1552) - рождение империи. Это, соответственно, 318 и 146 лет до конца периода. В следующем - петербургском периоде, при укорачивании в три раза мы получаем 1812 и 1871 годы (первую дату не комментирую, вторая - выход из ограничительных условий мира по итогам Крымской войны - возвращение Российской империи себе статуса мировой державы. Советский период даёт 1956 (превращение СССР в сверхдержаву, качественно превосходящую Британию и Францию вместе взятых) и 1975 год - признание за СССР глобальной зоны влияния, включая Восточную Европу, а также бывшие португальские колонии в Африке и бывшие французские колонии в Индокитае. В нашем эоне это соответствует "Норд-Осту" (общее признание победы Путина во второй чеченской войне) и победе над Грузией.

2. Два евразийства

Интересно, что говоря о Евразийской державе, думают только о России. Но Россия - это Североеврозийская держава. А была Южноевразийская держава - Османская империя. Причём Балканская часть Турецкой империи, включая Истамбул/Константинополь, была настолько же важна для государства, как и для петербургского империи та часть державы, что располагалась западнее Москвы.
Поэтому есть две модели евразийства. Причём обе пытались исповедовать космополитизм: до погромов 1915 года население Истамбула состояла из турок, армян и греков приблизительно в равных пропорциях, а создатель светского национального турецкого государства Ататюрк был из семьи болгарина (по другой версии - его отец был из семьи болгарских мусульман и албанцев) и гречанки.

Авторское название: О НЕИЗБЕЖНОСТИ И О СРОКАХ ЭПОХИ ПЕРЕМЕН
e_v_ikhlov