March 20th, 2015

Роскомнадзор против Правмира: конфликт государственного и национального

Роскомнадзор предъявил претензии порталу «Православие и мир», который опубликовал заметку о том, что в Москве покончили с собой двое онкологических больных. Информацию об этом в своем Twitter опубликовал популярный блогер Рустем Адагамов.
Заметка, привлекшая внимание Роскомнадзора, была опубликована в конце февраля. В ней речь шла о том, что в столице покончили с собой 83-летний и 80-летний мужчины, страдавшие от рака. Один из погибших оставил записку, объяснив свой шаг невыносимой болью. При этом в заметке содержалась ссылка на первоисточник информации – агентство «Интерфакс».
Запрещенными были признаны описание способов самоубийства, а также объяснение причины суицида: «Жена погибшего объяснила, что ее муж страдал от постоянной боли из-за онкологического заболевания и часто говорил, что устал от болезни». После предъявления претензий заметка на сайте «Православие и мир» была частично скорректирована.

Источник: Znak

Комментарий Артёма Северского:

Совершенно хрестоматийный пример конфликта национального и государственного предоставили Правмир и Роскомнадзор. Обе организации пытаются сократить случаи суицида в стране. Правмир проводит исследования, беседует с психологами, публикует статьи, предоставляет контакты для связи. Роскомнадзор — запрещает. Это нормально, это вообще базовая функция госорганов, запрещать то, что недопустимо. В нынешнем случае Роскомнадзор запрещает материалы Правмира, то есть материалы, призванные исполнить ровно ту цель по борьбе с самоубийствами, которую заявляли законодатели, наделяя Роскомнадзор запретительными полномочиями. Нельзя писать, нельзя информировать, нельзя сообщать о причинах самоубийств и их характере, нельзя обществу даже пытаться справиться со своим недугом.

Сейчас Роскомнадзор заставляет Правмир снимать материалы сообщающие о случаях самоубийств среди онкобольных, испытывающих невыносимую боль в силу отсутствия импортных анальгетиков. Степень циничной жестокости сюжета «православному порталу запрещают заботиться об онкобольных», лишь усугубляется тем, что никакой жестокости как бы и нет — есть лишь исполнение инструкции. Исполнение государственных инструкций, к сожалению, выглядит именно так. Дело здесь не в качестве конкретной инструкции, или в качестве работы конкретного органа, а в природе государственного регулирования в принципе.

Если вас волнует проблема самоубийств, то последнее к чему вы должны призывать это к государственным ограничениям на обсуждение этой темы. И это касается любой проблемы, требующей позитивного решения. Там, где государство ограничивает, нация — творит и развивает, и должна обладать свободой делать это. Вводя новые и новые государственные ограничения, мы лишь сковываем самих себя. Чиновников же, обязанных исполнять придуманные нами запреты, мы превращаем в карикатурных злодеев.

Особый луч позора направляется министру связи Николаю Никифирову, под невнятное мычание которого последовательно внедрялась политика безобразной цензуры в интернете. Надеюсь, министр доволен, в результате его работы онкобольные теряют право на освещение своего положения в СМИ.

Политическое убежище в России: казус В. Кадирова

Гражданин Киргизии Валишер Кадиров о том, что его разыскивают в Киргизии за мошенничество, узнал от российских полицейских в мае 2013 года. Тогда и началась его борьба за убежище в России, которая в конце февраля наконец завершилась победой.
Валишер приехал в Россию в 2010 году, когда в нашу страну хлынул поток узбеков из Киргизии: там в Оше шли кровавые столкновения этнических узбеков и киргизов Пришлось оставить свой дом и Валишеру. Бизнес его семьи — небольшая парикмахерская — был разрушен, шансов на его восстановление и безопасную жизнь у этнического узбека в Оше не было.
Нужно было уезжать. И 23-летний Валишер уехал в Россию. Разумеется, по всем канонам международного права он был беженцем, но статус беженца в России получить почти невозможно, временное убежище – тоже непросто. Валишер несколько раз обращался за получением российского гражданства, но ему отказывали, несмотря на то, что тогда действовало cоглашение между Российской Федерацией и Киргизской Республикой о взаимном упрощенном приобретении гражданства. Отменили это cоглашение только в ноябре 2012 года. Но обжаловать отказы Кадирову и в голову не приходило. Валишер начал работать таксистом, благо была своя машина. Ржев, Тверь, Екатеринбург, Новгород — Валишер все время переезжал с места на место.
Только в мае 2013 года Валишеру Кадирову удалось получить вид на жительство в России. Казалось, проблемы разрешились.
Однако в тот же самый день Валишера остановили на одном из постов Клинского района, где и выяснилось, что на родине Валишер Кадиров объявлен в международный розыск по уголовному делу о мошенничестве, совершенном в крупном размере. Дело было возбуждено по статье 166 УК Кыргызской Республики, она предусматривает наказание в виде лишения свободы от трех до шести лет.
Сам Валишер об уголовном деле ничего не знал, не понимал, в чем состоит обвинение. Он связал его с этнической дискриминацией узбеков в Киргизии. Позже выяснилось, что обвинителем по делу выступает работник Генеральной прокуратуры Киргизии, чьи знакомые в то же время предлагали родителям Валишера избавить их сына от уголовного преследования и запроса об экстрадиции за весьма существенное вознаграждение.
4 июня 2013 года постановлением Клинского районного суда Московской области в целях проведения экстрадиционной проверки Кадирову была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Срок содержания постоянно продлевался, и всего в ожидании экстрадиции Валишер провел в заключении год. Делом Кадирова занимался адвокат сети «Миграция и Право» ПЦ «Мемориал» Илларион Васильев, он обжаловал каждое постановление о продлении срока содержания под стражей, но все жалобы оставались без удовлетворения.
Уже 23 июня 2013 года Валишер с помощью адвоката Васильева подал ходатайство в УФМС России по Московской области о предоставлении ему временного убежища на территории Российской Федерации. Валишер также упомянул в своем ходатайстве, что никакого мошенничества он не совершал, и что цель заявителя по его делу — вымогательство денег у семьи Кадировых. Также он подчеркнул, что узбек в Оше не может рассчитывать на объективное рассмотрение его дела, и с большой вероятностью его, в случае выдачи, ждут жестокое обращение и пытки.
26 ноября 2013 года Валишеру в предоставлении временного убежища отказали, сославшись на неубедительные причины, по которым Кадиров опасается преследования в Киргизии. Стандартный отказ. И это несмотря на общеизвестные преследования узбеков в Оше, о чем говорится в замечаниях Комитета ООН по ликвидации расовой дискриминации, в ежегодных докладах Amnesty International, а также в исследованиях ПЦ «Мемориал».
Обоснованность опасений относительно применения пыток и иного недозволенного обращения в случае выдачи Валишера в Кыргызстан подтверждают и решения Европейского Суда по правам человека. Так, в решении по делу№ 49747/11 «Махмуджан Эргашев против России» говорится:
«На основании приведенных многочисленных отчетов международных организаций о положении с соблюдением прав человека в Кыргызской Республике указано, что несмотря на улучшение обстановки в Кыргызской Республике по сравнению с летом 2010 года, в отчетах отмечается, что в настоящее время пытки и жестокое обращение, а также вымогательство широко практикуются правоохранительными органами в отношении этнических узбеков, подозреваемых в совершении преступлений, в том числе не связанных со столкновениями летом 2010 года, Европейский Суд считает обоснованным реальный риск применения к заявителю обращения, запрещенного Статьей 3 (запрещение пыток) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод в случае возвращения в Кыргызстан. Соответственно, решение об его экстрадиции в Кыргызстан в случае исполнения станет нарушением Статьи 3».
Несогласный с решением УФМС, Валишер с помощью адвоката Васильева обжаловал отказ в ФМС России. 20 января 2014 года в удовлетворении жалобы было отказано, доводы приводились те же — неубедительно. Это решение ФМС заявитель обжаловал в Басманный районный суд, жалоба эта на сегодняшний день судом еще не рассмотрена.
5 марта 2014 года Генеральная прокуратура РФ вынесла постановление об экстрадиции Валишера в Киргизию. Это постановление также было обжаловано в Московском областном суде, где адвокат рассказал о положении узбеков в Киргизии, о том, что дело полностью сфабриковано. Однако суд решение прокуратуры оставил в силе, несмотря на то, что Кадиров находится в процедуре обжалования отказа во временном убежище, и, согласно закону «О беженцах», выдан быть не может. Естественно, решение областного суда было обжаловано в Верховном суде РФ. 26 мая в удовлетворении апелляции тоже было отказано.
После того, как все возможности обжалования на национальном уровне были исчерпаны, в мае 2014 года адвокат Васильев обратился в Европейский суд по правам человека с заявлением о применении в отношении Кадирова в соответствии с правилом 39 Регламента Суда превентивных мер по запрету выдачи. Суд согласился с адвокатом и запретил экстрадицию Кадирова. Решение суда по существу обращения еще ожидается.
5 мая 2014 года Валишер Кадиров вышел на свободу, поскольку истек предельный срок содержания его под стражей, меру пресечения изменили на подписку о невыезде.
И, наконец, 25 февраля 2015 года Валишеру Кадирову удалось легализоваться в России — УФМС по городу Москве выдало ему свидетельство о предоставлении временного убежища. С этим радостным событием мы, конечно, поздравляем Валишера Кадирова и его адвоката Иллариона Васильева.
У читателя этой публикации может возникнуть вопрос, что же происходило между 5 мая 2014 года и 25 февраля 2015 года? На самом деле работа адвоката Васильева продолжалась. Она была направлена на то, чтобы Кадирову было предоставлено в России убежище. Однако подать документы на временное убежище Кадирову долго не удавалось: от него требовали регистрацию в Москве, которой у только что вышедшего из заключения Валишера, не имеющего легального статуса, быть не могло. Только обращение председателя Комитета Светланы Ганнушкиной к руководителю УФМС по Москве Ольге Кирилловой разомкнуло этот замкнутый круг.
Временное убежище дается на один год, его обладатель находится в очень неустойчивом состоянии. Кадиров мог бы восстановить свой вид на жительство, но тогда он утратит защиту, которую ему дает убежище, и вся история может повториться. Поэтому Кадиров с помощью адвоката подал ходатайство о предоставлении ему статуса беженца, дающегося бессрочно и дающего право подать документы на российское гражданство, которое уже навсегда оградило бы его от выдачи в Киргизию. В статусе беженца ему отказали, суд первой
инстанции признал отказ законным. В начале апреля Мосгорсуд рассмотрит апелляцию на это решение.
Так что история продолжается. Как и многие наши беженские истории, она не имеет конца. Неудивительно, что на конец 2014 года в России статус беженца имело всего 808 человек, из них 227 — граждане Украины.

Источник: Комитет «Гражданское содействие»